Rambler's Top100
Stolica.ru
Главная | Фотоколлекция | Знакомства с азиатками | Гадания И-цзин | Реклама в Интернет
Удивительный Китай - Wonderful China
Удивительный Китай. Необыкновенная культура Китая, древняя история, потрясающее наследие.

Главная страница <<< Литература и поэзия <<<

Лин Мэнчу
Злоключения хвастуна

Повесть о том, как Лю Дуншань хвастался своим боевым искусством у ворот Шуньчэнмынь, а восемнадцатый брат оставил о себе удивительную память в харчевне


Со слабым сильный сладить может просто
Не оттого, что он большого роста.

Конечно, сколопендра меньше змей,
Но и змея- кушак ее слабей.


Нет в целом свете существа настолько сильного, чтобы не нашлось другого существа, превосходящего его силою, а потому лучше не хвастаться ни ростом своим, ни крепостью рук. Красноногую сколопендру, о которой идет речь в стихах, попросту называют стоножкой или стоногим жуком. Змея, о которой здесь говорится, - громадная тварь. С первого взгляда она несколько напоминает длинный кушак. Особенно много таких змей в Линнани. Самые крупные достигают в длину тридцати и даже сорока чжанов. Они часто нападают на людей, и тамошние жители всегда держат под подушкою сколопендру. Как только в комнате появляется змея, сколопендра начинает жужжать. Тут ее выпускают на волю, а она круто сгибает спину, отталкивается от земли и головой и хвостом и взлетает вверх на целый чжан. Миг - и она уже впилась змее в голосу. Ее челюсти стискиваются, словно железные клещи, и она сосет кровь змеи до тех пор, пока та не издохнет.

Что же получается? Огромная, в бадью толщиною, змея становится добычею жучка толщиною в палец и длиною немногим более одного чи! Вот почему и говорили в древности: «Конечно, сколопендра меньше змей, но и змея- кушак ее слабей.

В третий год правления ханьского императора Уди Воинственного прислали ему из западной земли Юэчжиго какого-то зверька с желтым хвостом. Он походил на двухмесячного щенка, а размером был не более дикой кошки. Посол поднес зверька государю.
- Разве это зверь? - презрительно засмеялся император, изумленный жалкою наружностью зверька. Государь, сила животного не зависит от его величины, - почтительно возразил посол. - Единорог Ци- линь - царь зверей, а ведь он меньше слона. Птица феникс побеждает могучего грифа.
- Ну хорошо, прикажи ему зарычать, - недоверчиво сказал император.
Посол поднял палец - зверек облизнулся, мотнул головой и вдруг взревел так, точно в небе ударил гром. Глаза его сверкали ослепительным блеском и словно бы метали молнии. Государь Воинственный скатился со своего золотого трона и, зажав уши, задрожал от страха, а вельможи и дворцовая стража побросали оружие на землю.

Владыка был разгневан. Он повелел отправить зверька в императорский зверинец и бросить его на съедение тиграм. Но когда служители зверинца, исполняя приказ государя, поднесли зверька к загону с тиграми, свирепые хищники испуганно сбились в кучу, а потом припали к земле в почтительном поклоне. Об этом доложили императору. Тот разгневался еще больше и велел убить зверька. Но на другой день оказалось, что и посол и дар, который он привез, исчезли без следа.

Как ни свирепы тигры, но они испугались маленького зверька. Так и среди людей. Сила человека, его ум и искусство не знают границ. Поэтому часто повторяют:

Какой бы ни был ты силач,
Найдутся посильней,

Так не кичись же пред людьми
Ты силою своей.


В давние времена жил один человек. Имени его мы не помним и откуда он был родом - тоже, а знаем только, что не было никого, кому бы он уступал силою или ратным искусством. Вдобавок к этому он отличался отвагою и благородством, и если видел несправедливость, то всегда приходил на помощь слабому и обиженному!

Однажды он отправился в столицу держать экзамены на военный чин. Надеясь на свою силу, он не взял с собою слуг и поехал совсем один - на прекрасном скакуне, вооруженный коротким мечом да луком со стрелами; стрелы были вложены в колчан, а колчан привязан к поясу. По пути он стрелял зайцев и фазанов и кормился своею добычею; в сумерках останавливался на постоялых дворах и коротал вечер за вином.

Как- то раз он ехал по шаньдунской дороге, внезапно конь помчался галопом, и наш герой не заметил, как проскочил постоялый двор. Через некоторое время он подъехал к небольшой деревушке. Стало уже совсем темно, и продолжать путь не было никакого расчета. Вдруг в одном из домиков отворилась дверь, и в темноту брызнули лучи света. Путник тут же соскочил с коня, взял его под уздцы и подошел к дому. За оградою он увидел довольно просторный дворик, а на дворе - три или четыре больших камня причудливых очертаний. Прямо против ворот стоял дом из трех комнат и два флигелька. Внутри дома путник увидел старуху, которая сучила пряжу. Услышав цокот копыт, хозяйка приподнялась со своего места и спросила: Кто там?
- Матушка! - громко крикнул путник. - Я сбился с дороги. Нельзя ли переночевать?
- Вряд ли вам здесь будет удобно. К тому же сама я не могу вас пустить.
В ее голосе слышалась печаль. Путник насторожился.
- Матушка, - продолжал он, - а где же мужчины? Почему ты одна?
- Я вдова, муж умер много лет назад. Есть у меня сын, но сейчас он в отлучке по торговым делам.
- А невестка у тебя есть?
- Невестка есть, - нахмурилась старуха. - Она- то и распоряжается в доме, да покруче всякого мужчины. Силы она необыкновенной, ничего на свете не боится, а уж вспыльчива!.. Слова поперек не смей вымолвить! Чуть что не по ней - шевельнет пальцем, я и с ног валюсь. Стараюсь, стараюсь ей угодить, да все без толку: то и дело она меня обижает. Вот почему я и сказала, что сама не могу вас впустить.

И старуха горько заплакала.
- Какая несправедливость! - воскликнул гость. От гнева и возмущения глаза его сделались совсем круглыми, а брови встали торчком. - Где эта злодейка, я навсегда избавлю тебя от ее притеснений. Он привязал коня к камню и обнажил меч.
- Господин, не связывайтесь с ней, - взмолилась старуха. - Знаете, как говорит пословица: «Лучше не стряхивать пыль с главы звезды Тайсуй»? К женским занятиям она не привычна, зато что ни день после обеда уходит в горы ловить оленей или зайцев. Насолим, навялим мы с нею дичины, а после продаем приезжим и выручаем по нескольку связок монет. Возвращается она обыкновенно в первую или во вторую стражу. Если бы не она, жить было бы не на что. Нельзя мне с нею ссориться...
- Всю жизнь я защищаю слабых от несправедливости сильных и помогаю каждому, кто попал в беду. Подумать только, женщина, а до чего дерзка! Но раз она кормит тебя, матушка, я пощажу ее и не стану убивать. - Он вложил меч в ножны. - Я только проучу ее, собью с нее спесь!
- Господин, она скоро вернется, прошу вас, не связывайтесь с нею!

Путник ничего не ответил и, кипя от возмущения, стал дожидаться. Наконец у ворот появилась большая тень, и во двор вошла женщина. За спиной у нее висела туша какого- то зверя.
- Эй, мать! Принеси- ка лампу да разделай добычу.
Женщина швырнула тушу на землю.
Удачно поохотилась? - робко спросила старуха.

Она поднесла лампу к убитому зверю и отпрянула в ужасе - на земле лежал огромный полосатый тигр. Конь, почуяв запах хищника, испуганно забил копытами и поднялся на дыбы.
- Откуда здесь лошадь? - спросила невестка.

Несмотря на темноту, путник разглядел, что женщина высока ростом и смугла лицом. «Воинственная госпожа!» - подумал он не без робости, вспоминая, как женщина принесла на плечах убитого тигра. Он поспешно отвязал лошадь, отвел ее в сторону и снова привязал.
- Я сбился с пути, и меня застигла ночь. К счастью, я попал в вашу деревню. Увидев, что в вашем доме еще не спят, набрался храбрости и попросился ночевать, - проговорил он, подходя к женщине.
- Эх, мать, какая же ты невежа! У нас дорогой гость, а ты держишь его снаружи, в темноте! - сказала женщина. Она перевела взгляд на гостя и указала ему на убитого тигра: - Сегодня в горах я нашла эту полосатую тварь, и она доставила мне немало хлопот, пока я ее не прикончила. Потому я и задержалась и не смогла выполнить долг хозяйки. Прошу гостя извинить меня!
- Ну что вы, что вы! - воскликнул путник. Вежливость женщины и непринужденность, с которою она говорила, внушали надежду, что она способна прислушаться к разумным советам. Молодая хозяйка вошла в дом и вынесла оттуда стул.
- Мне бы следовало пригласить вас в дом, но мы сейчас одни, и нам нельзя пускать мужчину. Пожалуйста, садитесь.

Она подвинула стол и поставила на него зажженную лампу, потом вернулась во двор, подняла тушу тигра и отнесла на кухню. Очень скоро она появилась снова с чайником горячего вина и большой миской тигриного мяса, только что с огня. Вслед за тем она подала еще вяленую оленину, соленую зайчатину и мясо фазана.

Кушайте на здоровье, дорогой гость, - промолвила она почтительно.
Гость наполнил чарку и принялся за еду. Насытившись, он сложил руки на груди и сказал:
- Очень вам благодарен за щедрое угощение.
- Не стоит благодарности. Мне очень неловко, что нечем было вас угостить, - ответила она и стала убирать со стола.

Тут- то гость и решил переговорить с хозяйкою и начал так:
Никогда бы я не поверил, что вы, такая храбрая и такая умная, не совсем ясно видите различие между старшими и младшими.
- Что вам наболтала эта старая ведьма?! - воскликнула невестка.
Глаза ее гневно засверкали, она выпрямилась и отшвырнула тарелку в сторону.
- Нет, она ничего мне не говорила, - поспешил ответить гость. - Просто я заметил, что, когда вы обращаетесь к этой старой женщине, в вашем голосе иногда звучит непочтительность, а этого никак не должно быть между невесткою и свекровью. Я отважился заметить вам это лишь потому, что оценил ваше гостеприимство и другие замечательные качества. Я уверен, что несправедливость вам чужда!

Молодая женщина взяла лампу и потянула гостя за рукав. Они подошли к одному из камней на дворе.
- Сейчас я вам все объясню.
«Если она вздумает морочить мне голову, я ей задам», - решил про себя гость. Женщина оперлась о камень и стала рассказывать о своих неладах со свекровью.
- Вот с чего все началось. Рассудите сами, кто из нас прав, а кто виноват, - закончила она свой рассказ.

С этими словами она рассеянно провела пальцем по камню. Во все стороны брызнули осколки, и на том месте, где прошел ее палец, появилась борозда глубиною более одного цуня. После этого невестка вспомнила еще две вины свекрови - и на камне появились еще две борозды, такие глубокие, будто их выбили зубилом. Лицо гостя сделалось пунцовым, а все тело покрылось холодным потом.
- Да- да, вы правы, правы, - еле выдавил он из себя.
Его отвага исчезла вместе с намерением проучить непочтительную невестку. Он с трудом переводил дыхание, словно на него выплеснули ушат ледяной воды.

Покончив с разговором, хозяйка вынесла гостю деревянный топчан, задала корм коню и ушла в дом. Двери затворились, и свет в комнатах погас.
Всю ночь путник не мог сомкнуть глаз. «Ну и силища! - вздыхал он. - Какое счастье, что я не вступил с нею в схватку, - я был бы теперь уже мертв!» Наутро он оседлал коня, наскоро попрощался и поспешил прочь от места случайного своего ночлега.

С этих пор он сделался куда менее заносчив и самонадеян и уже избегал вмешиваться в чужие дела, понимая, что в любой миг может встретиться с противником сильнее себя и попасть в беду.
А теперь мы расскажем вам о хвастуне, который чрезвычайно гордился своими талантами и способностями и дважды был напуган до полусмерти из- за собственного хвастовства.

Страшится тигра весь звериный род
И почести владыке воздает.

Но присмиреет грозный тигр, едва
Заслышит рык разгневанного льва.


Во времена нынешней династии, в годы Счастливого Успокоения - Цзяцзин, жил в уезде Цсяохэ, что в Хэцзяньской области провинции Чжили, некий Лю Цинь, или, как его еще звали, Лю Дуншань. Он служил старшим сыщиком в сыскном ямыне Пекина. Человек он был незаурядный и в совершенстве владел двумя искусствами - верховой езды и стрельбы из лука. Не было случая, чтобы стрела Дуншаня прошла мимо цели, и оттого он получил прозвище Меткая Стрела. Даже самым хитрым и ловким разбойникам не удавалось выскользнуть из его рук: Лю Дуншань ловил их так же просто, как черепаху в глиняном кувшине. К тридцати годам он успел скопить небольшое состояние и почувствовал, что служба ему прискучила. Тогда он вернулся в свой родной уезд и занялся торговлей.

В один из последних дней года Лю Дуншань пригнал в столицу на продажу десять, не то двенадцать ослов и лошадей и выручил за них больше ста ляпов серебра. После этой выгодной сделки он зашел на постоялый двор у ворот Шуньчэнмынь, чтобы нанять мула на обратную дорогу. Тут он повстречался с земляком по имени Второй Чжан, и они решили поужинать вместе.
- Куда ты направляешься, Дуншань? - спросил Чжан.
Лю рассказал ему о своих делах.
- Переночую здесь, а утром выберу мула покрепче и отправлюсь домой, - закончил он.
- В последнее время на дорогах стало неспокойно. Между Ляпсяном и Чжэнчжоу разбойники. Они грабят путников даже среди бела дня. А ты везешь столько денег и едешь один, без попутчиков. Смотри, как бы не было беды.

Брови и усы Дуншаня воинственно зашевелились, лицо приняло грозное выражение, он вскочил на ноги, сжал кулаки и сделал такое движение, будто натягивает лук.
Вот уже двадцать лет, как я не знаю соперников в стрельбе из лука! - оглушительно расхохотался он. - Обо мне не беспокойся - я в убытке не останусь!

Его громкий голос и смех привлекли внимание остальных посетителей харчевни. Все обернулись в их сторону, некоторые спрашивали, как зовут этого храбреца, видимо желая с ним познакомиться.
Второй Чжан понял, что зря сунулся со своими советами, и ушел.

Назавтра Лю Дуншань проснулся в пятую стражу. Умывшись и причесав волосы, он первым делом крепко обвязал деньги вокруг пояса под курткою, потом повесил на плечо лук, взял меч и заткнул за голенища два десятка стрел. Наконец, выбрав рослого крепкого мула, Лю Дуншань вскочил в седло, взмахнул плетью и тронулся в путь. Он отъехал от столицы примерно сорок ли и был уже недалеко от Лянсяна, как вдруг сзади послышался топот: его догонял всадник. Поравнявшись с Дуншанем, всадник натянул поводья и остановился. Это был юноша приятной наружности и нарядно одетый. Дуншань не дал бы ему больше двадцати лет. Вот как выглядел незнакомец:

Шляпа всадника желта.
Острый меч у живота.

Пояс блестками расшит.
Пляшет конь и весь дрожит.

Видишь лук и двадцать стрел?
Уходи, покуда цел.


- Поедемте вместе? - спросил юноша, видя, что Лю пристально его разглядывает.
Лю кивнул головою в знак согласия. Тогда всадник приветственно сложил руки и продолжал:
- Если мы стали спутниками, разрешите узнать ваше благородное имя.
- Мое имя Лю Цинь, но все называют меня Лю Дуншанем.
- О, ваше знаменитое имя давно мне знакомо! Оно, как говорится, гремит в ушах, точно раскаты грома! Ничтожный почитает за счастье встречу с вами! Куда вы держите путь?
- Я возвращаюсь домен., в уезд Цзяохэ.
- Как удачно! - воскликнул незнакомец. - А мой дом в Линьцзы. Я из старинного рода, и в детстве меня пробовали заставить учиться, но я пристрастился к верховой езде и стрельбе из лука и рано забросил книги. Три года назад я с небольшими деньгами отправился в столицу и занялся торговлей. Дела шли неплохо, и теперь я еду домой, собираюсь там жениться. Как хорошо, что я с вами повстречался, - вдвоем не так страшно! Мы доедем вместе до Хэцзяня. Да, это просто счастье, что я вас встретил! - повторил юноша.

Его богатство, о котором свидетельствовал тугой кошель у пояса, учтивость речей, наконец, привлекательная внешность - все вместе взятое убеждало, что молодой всадник не может быть дурным человеком. И Лю Дуншань, радуясь, что томительному одиночеству пути настал конец, воскликнул:
- С превеликой охотою я буду продолжать путь в вашем обществе!
В эту ночь они остановились на покой в гостинице, вместе поужинали и легли спать в одной комнате, испытывая взаимное расположение, столь горячее, словно были родными братьями.

На другой день, когда они выехали из Чжочжоу, спутник Лю Дуншаня спросил:
Я много раз слышал, что вы, господин Лю, великий мастер ловить разбойников. Сколько же вы их поймали за свою жизнь? И попадались ли вам отчаянные головы?

Лю Дуншань давно ждал случая похвастаться своими победами - с таким же нетерпением, с каким человек, страдающий от зуда, ждет случая почесаться всласть. Вдобавок спутник был настолько молод, что перед ним неопасно было и прилгнуть.

Вот этими самыми руками, вооруженными вот этим самым луком, я уложил столько разбойников, что и не перечесть, - не меньше, чем в лесу деревьев! Но не было среди них ни одного, кто мог бы потягаться со мною! Все это трусы, крысиное отродье, и говорить- то о них не стоит! Сейчас я стал постарше, меня потянуло на покой, вот почему я и бросил службу. Но, поверьте, если в пути мы повстречаем грабителя, я его так прижму... впрочем, вы сами увидите, - хвастался Дуншань.
- Ах, какой вы храбрец! - Губы юноши дрогнули в чуть заметной усмешке. - Позвольте мне теперь взглянуть на ваш лук.

Он протянул руку, и Лю передал ему свое оружие. Молодой человек взял лук в левую руку и без малейшего усилия натянул тетиву до отказа. Он проделал это несколько раз с такою легкостью, словно не лук сгибал, а мягкий шелковый пояс. Дуншань был так изумлен, что даже побледнел. В свою очередь он попросил у спутника его лук. Лук юноши весил не менее двадцати цзиней. Дуншань напряг все силы: лицо его побагровело от натуги, уши налились кровью, но тетива поддалась лишь едва- едва, и лук в его руках напоминал молодой месяц вскорости после новолуния.
Ух, какой тугой лук! - вскричал он в полной растерянности. - Что же это у вас за сила, уважаемый брат?! И кто может с вами тягаться?!

У меня сила самая обыкновенная. А вот ваш лук действительно немного слабоват.
Лю Дуншань не переставал охать и восхищаться, но юноша, несмотря на все восторги своего спутника, сохранял вид скромный и сдержанный. Они снова заночевали вместе, а утром, как и накануне, тронулись в путь. Солнце уже клонилось к западу, когда они миновали уездный город Сюнсянь. Внезапно молодой всадник взмахнул плеткой, конь рванулся вперед, словно вихрь, и через миг исчез вдали. Лю Дуншань, хорошо знакомый с повадкою разбойников, перепугался не на шутку. «Кажется, Небо посылает мне грозное испытание! - подумал он. - Если мой спутник задумал недоброе, мне не сносить головы. Куда мне тягаться с такою силищей!» Он был в полной растерянности, сердце колотилось так громко, словно в груди грохотали пустые ведра. Но иного пути не было, и он нерешительно двинулся вперед. Он проехал около двух почтовых переездов, как вдруг впереди, не более чем в сотне шагов, увидел своего спутника. Его лук был согнут до отказа, на тетиве лежала стрела.

Я давно слышу, что вы не знаете себе равных в стрельбе, - крикнул юноша, - а ну- ка, послушайте свист моих стрел! - Не успел он договорить, как мимо ушей Дуншаня просвистела сперва одна стрела, и сразу следом за ней другая, и третья.
- Дуншань, я надеюсь, ты человек понятливый. Вынимай- ка побыстрее из- под куртки деньги, которые выручил в столице. Да не вздумай стрелять! - сказал юноша со смехом и, наложив на тетиву новую стрелу, прицелился прямо в голову Дуншаню.

Дуншань знал, что сопротивляться бесполезно. Он слез с седла и дрожащими руками снял с себя обмотанную вокруг пояса связку монет.
Возьми деньги, только сохрани мне жизнь.

Дуншань опустился на колени и, поклонившись до земли, протянул деньги разбойнику.
Кому нужна твоя жизнь! - вскричал юноша, вырывая серебро у него из рук. - Убирайся отсюда, да поскорее! Нам с тобою больше не по пути.
Он повернул коня на север и вмиг исчез подобно струйке дыма - только желтая пыль заклубилась по дороге. Долгое время Лю не мог опомниться от испуга, а когда наконец опомнился, то ударил себя кулаком в грудь я воскликнул:
- Позор! Позор! Что деньги пропали - это еще полбеды, но ведь я всю жизнь носил имя смельчака, а сейчас оно потеряно безвозвратно! Как жить дальше? Ведь это все равно, что если бы учитель Чжан попался в сети злого духа!

Понурив голову, в полном отчаянии медленно двинулся Лю Дуншань вперед и вернулся домой с пустыми руками. Когда он поведал жене о том, что произошло, всех домочадцев охватило уныние. Спустя некоторое время супругам удалось наскрести немного денег, и, посоветовавшись меж собою, они открыли харчевню на самом краю села. Лю Дуншань позабыл свои старые увлечения лошадьми и стрельбою из лука и целиком посвятил себя винной торговле. О том, что случилось на дороге, он никому не рассказывал, боясь погубить свое доброе имя.
Прошло три года. Стояла зима.

Черепица инеем покрыта.
Занавеска цвета малахита.
Окна манят
Теплотой и светом.
Друга встретят лаской
В доме этом.

Небо в тучах.
Снег летящий колок.
В темноте
Таятся лиходеи.
Опущу пониже синий полог
И задерну шторы поплотнее.


Лю Дуншань и его жена, как обычно, торговали вином в своей харчевне. Неожиданно у ворот остановились одиннадцать всадников на прекрасных конях, убранных дорогой сбруей. Гости были одеты в узкие короткие куртки, за поясом у каждого торчал нож или короткий меч, за спиною висел лук со стрелами. Они спешились, сняли с коней сбрую и направились в дом. Дуншань, встретив гостей, пошел к лошадям, чтобы отвести их в стойло и задать корму - рубленой соломы и вареных бобов. Но это к нашему рассказу уже не относится.

Среди приехавших был юноша лет пятнадцати или шестнадцати, ростом, однако ж, не меньше восьми чи. Он один не вошел в харчевню.
- Братья! Я остановлюсь в доме напротив! - крикнул он товарищам.
- Мы немного посидим здесь и придем к тебе! Юноша удалился, а его спутники сели к столу. Хозяин приготовил разные закуски из курицы, поросенка, баранины и телятины и принялся разливать вино. У гостей оказался волчий аппетит и тигриные глотки. Лю Дуншань и оглянуться не успел, а они уже проглотили шестьдесят или даже семьдесят цзиней мяса и семнадцать кувшинов вина, да еще приказали отнести вино и еду тому юноше, что остановился в доме напротив.

Истребив все, что принес им хозяин, гости еще не утолили своего голода. Они развязали кожаные сумки и извлекли оттуда оленьи ножки, фазанов, жареных зайцев.
- Эй, хозяин, - крикнули гости, - иди- ка выпей с нами! Сейчас мы угощаем.
Дуншань сначала отнекивался, но в конце концов согласился и тоже сел за стол. Он принялся разглядывать своих посетителей, и взор остановился на человеке по левую руку от него. Войлочная шляпа, низко надвинутая на лоб, скрывала лицо, но вот гость поднял голову, и Дуншань похолодел от ужаса: он узнал того молодого спутника, который ограбил его подле Сюнсяня. «Ну, пришел мой конец! - подумал Лю. - В тот раз я не смог одолеть и одного, а сейчас вон их сколько, и все удальцы как на подбор. Что же делать?» Сердце его бешено стучало. Он склонил голову к чарке, не решаясь произнести ни звука. Гости поднялись и стали требовать, чтобы он выпил. Молодой человек, сидевший слева, сдвинул шляпу на затылок и крикнул:
- Дуншань, как ты жил с тех пор, как мы с тобою не виделись? Когда мы путешествовали вместе, ты оказал мне услугу. Я об этом не забыл!
Лицо Дуншаня сделалось зелено- серым.
- Сжальтесь надо мною! - завопил он, падая на колени.

Молодой человек вскочил со своего места и бросился к нему.
Что ты, что ты! Не надо так! Стыдно! - промолвил юноша, опускаясь на колени рядом с Дуншанем и помогая ему подняться. - Помнишь, как три года назад, на постоялом дворе у ворот Шуньчэнмынь, ты хвастался своим искусством и утверждал, что во всей Поднебесной нет тебе равных? Мы с братьями слышали твою похвальбу и возмутились. Братья поручили мне проучить тебя - просто так, в шутку. Я не сдержал слова и расстался с тобою, не доезжая Хэцзяня, но я даже во сне помню, как мы ехали вместе по дороге в Жэньцю. Я не забыл твою доброту и сегодня отблагодарю тебя щедрой рукой.

С этими словами он вынул из мешка тысячу лянов и положил на стол.
В знак уважения я дарю тебе эти деньги, забирай их поскорее.
Дуншаню казалось, будто он видит сон или же бредит спьяну. Он остолбенел и не решался прикоснуться к деньгам, думая, что и это - злая шутка разбойников. Видя его смущение и страх, юноша ударил ладонью по столу.
Благородный человек никогда не обманывает! А ты, Дуншань, смельчак, не к лицу тебе эта робость! Неужели ты думаешь, что мы приехали тебя ограбить? Забирай, забирай деньги!

Голос его звучал вполне искренне, и Дуншань поверил гостю. Он словно пробудился ото сна или отрезвел после долгого хмеля. Он кликнул жену, и они вместе перенесли деньги во внутренние комнаты. После этого они стали думать, как отблагодарить щедрых гостей.
- Надо зарезать свинью, откупорить побольше бутылей с вином и попросить их остаться у нас на несколько дней, - предложила жена.
Дуншань вышел к гостям, поблагодарил их за щедрость и сказал юноше, что надумали они с женою. Юноша передал его слова товарищам.
- Почему бы нам и не остаться? - воскликнули гости. - Тем более что вы старые приятели, чуть ли не братья. Но сперва мы должны спроситься у восемнадцатого брата!

И все направились в дом напротив, где остановился молодой человек. Вместе с ними пошел и Лю Дуншань. Он заметил, что разбойники выказывают необыкновенное почтение этому юноше, который еще носил шляпу несовершеннолетнего, а тот, в свою очередь, держится с большим достоинством. Узнав о предложении Дуншаня, он сказал так:
Ну что ж, я не против! Останемся. Но только не усните за столом после попойки и будьте вежливы с хозяином. Если же вы забудете о том, как надлежит вести себя в гостях, оба мои ножа обагрятся кровью! - Мы все понимаем и ничего не забудем! - воскликнули разбойники хором.

Они вернулись в харчевню и, как водится, распахнули утробы, чтобы принять новую порцию хмельного питья. Несколько человек понесли вино юноше, но остаться с ним не посмели. Восемнадцатый брат пировал один, зато ел и пил за пятерых. Он достал из своей сумки серебряный черпак, раздул уголья и принялся печь лепешки. Съев не меньше сотни лепешек, он прибрал на столе и вышел из дому. Куда он ходил, никто сказать не мог. В сумерки он вернулся и, не заходя в харчевню, снова уединился в доме напротив.

Вдоволь выпив и навеселившись, гости Дуншаня явились к юноше, однако тот не стал с ними шутить и даже разговаривать отказался. Он держал себя так гордо и высокомерно, что Дуншань не вытерпел и, незаметно потянув за рукав своего старого знакомца, спросил:
Послушай, кто же все- таки этот ваш восемнадцатый брат?
Молодой человек не ответил. Он что- то сказал своим друзьям, и все громко расхохотались, но Дуншаню так ничего и не объяснили. Кто- то громко нараспев прочел такие стихи:

Меж ивой и персиком тонким
Она появляется часто,
В восхищенных и трепетных душах
Вызывая весенние чувства.


Все снова засмеялись. Гости провели у Дуншаня еще два дня, и наступила пора прощаться. Они собрались, вскочили на коней и, под предводительством юного своего главаря, выехали на дорогу. Так Лю Дуншань ничего и не узнал о восемнадцатом брате, но он был вполне доволен и тем неожиданным подарком, который сделала ему судьба. Происхождение этих денег, однако же, несколько тревожило его, и он решил перебраться в город и переменить занятие.

Спустя некоторое время он рассказал свою историю одному прорицателю, умевшему распутывать всякие хитрые загадки, и тот сказал так:
- Судя по стихам, фамилия главаря - Ли. Из его слов к товарищам следует, что он опасался чего- то и поэтому жил отдельно. Он один ходил по каким- то делам, но по каким именно - неизвестно.

После этих событий Лю Дуншань, который прежде всегда считал себя небывалым удальцом, уже не хвастался своими подвигами. Он забросил свой лук, поломал стрелы и остаток жизни прожил почтенным и всеми уважаемым торговцем.

На этом примере видно, что никому не следует похваляться своими способностями или своею силой. Ведь кичится и бахвалится лишь тот, кто еще не повстречал на своем пути человека сильнее себя. Тому же поучают нас и стихи о Лю Дуншане:

Всю жизнь он кичился
Уменьем стрелять из лука,

Пока не явился
Достойный соперник нежданно.

Любителям хвастать
Хорошею будут наукой

Печальные песни
И горькая участь Бавана.


А вот еще стихи - о юноше, с которым Дуншань встретился на дороге:

Герои с легкостью могли
Все раздарить, чем обладали;

Закон разбойники блюли
И справедливость почитали.

Он возвратил с лихвою все,
Что, насмехаясь, взял вначале,

И встреча радостной была,
И не было в тот день печали.



Комментарии:
...из западной земли Юэчжиго. - Земля Юэчжиго находилась в северо- западной части Китая, на территории нынешней провинции Ганьсу. Под натиском гуннов (сюнну) часть населения, жившего в этих местах, ушла на запад в районы Средней Азии.

«Лучше не стряхивать пыль с главы звезды Тайсуй». - Звезда Тайсуй (китайское название планеты Юпитер) у гадателей и чародеев олицетворяла зло и всяческие несчастья.

...если бы учитель Чжан попался в сети злого духа. - Имеется в виду внук известного мага Чжан Даолина, который славился своим искусством изгонять нечистую силу.

...фамилия главаря - Ли. - Иероглиф «ли» имеет значение «слива». Ива, персик и слива в китайской поэзии - символы весны. В стихотворении упоминаются лишь первые два растения и не говорится о третьем. Отсюда гадающий сделал вывод, что фамилия юноши - Ли. 



Перевод с китайского Д. Воскресенского.
Стихи в переводах И. Смирнова и Л. Черкасского

Поделитесь впечатлением на форуме !

 
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100

Stolica.ru